Когда Веллерен ушёл, Фелиша тихонько подошла к лестнице, свесилась с перилл.

— Филя, ты здесь?

Потёртый гобелен пошёл волнами. Вышитая на нём строгая дама с кислым лицом приобрела вид интригующе-подвыпивший с перекошенной миной и нетрезвым взглядом. Янтарный глаз подозрительно мигнул.

— Да ушёл он, ушёл. Чего ты такой нерешительный?

— А ты такая нервная? Веллерен специально тебя провоцирует. Он аж маслится, когда тебя выводит из себя. Поэтому и достаёт при каждом удобном случае. Проехали. Они не в комнате совещаний. Веллерен шёл из сада. И ушёл туда же. Не нюхает же он там цветочки.

— Думаешь, в беседке?

— Угу, в той трехъярусной. И скорей всего под самой крышей, чтоб ты не добралась.

Фелиша спустилась к брату, выбрала из его волос паутину и запутавшегося паука. Не удержалась, чмокнула в щёку.

— Чтоб мы не добрались.

— Даже не мечтай об этом! — тихонько прошипел Феликс, когда озаренная закатом беседка во всей красе предстала пред их глазами. Высокое здание, под крышу оплетённое плющом и вьюнком, тем не менее очень гармонично вписывалось в местную флору, почти не выделяясь на фоне колючек шиповника и разросшейся в безобразных количествах крапивы. И хотя вокруг было полно укромных уголков и беседок, оплетённых ещё не совсем одичавшими розами, только это здание привлекало близнецов. Одну так точно. Особенно в те моменты, когда единственная дверь в беседке изнутри замыкалась и сливалась со стеной. Деревьев рядом не было, а то единственное, что когда-то находилось в непозволительной близости от второго этажа, спилили сразу же, как Его Величество просёк лишнюю пару заинтересованных ушей под дверью на очередном собрании министров. — Там всё равно никого уже нет. Веллерен ведь ушёл.